11. РАЦИОНАЛЬНОСТЬ И ИРРАЦИОНАЛЬНОСТЬ В ПРОЦЕССЕ ГРУППОВОЙ ТЕРАПИИ

Процесс групповой терапии включает как рациональные, так и иррациональные методы; но практики и теоретики редко четко очерчивают то, как именно они используются.

Некоторая степень рациональности есть во всех психотерапевтических процедурах. Практически все терапевты ставят перед собой вполне рациональные цели по отношению к себе и к своим клиентам; и вполне возможно, что они не могут жить и быть терапевтами без того, чтобы сознательно или неосознанно работать ради таких целей. Рациональный (разумный), как это определяется в словаре, означает: 

  1. Основанный или происходящий из логического хода мысли: например, умственные способности;
  2. Способный размышлять; размышление: например, младенец еще неразумен;
  3. Обоснованный; не безумный или глупый; здравомыслящий: например, разумный аргумент». Применяемая к жизни или здоровью человека разумная процедура дает возможность человеку оставаться в живых, не позволяет ему без надобности попадать в затруднительные ситуации, помогает получать достаточно удовольствия, чтобы придать смысл существованию, и по возможности уменьшить боль, потери и неудобства. 

Конечно, рациональность не означает отсутствие эмоций. Так как в последнем анализе целью рассудительных и здравомыслящих процедур является в некотором роде гедонизм и поиск удовольствий, а удовольствие без эмоций является почти невообразимым. То, что мы называем повышенной эмоциональностью или чрезмерно резким реагированием на внешние и внутренние стимулы исключительно эмоциональным способом, часто иррационально: это легко приводит к краткосрочному гедонизму (то есть в большей степени стремление к удовольствию здесь-и-сейчас, а не сейчас-и-потом), ведет к дисфункциональному сужению переживания, к невероятному количеству ненужной боли и к разным другим саморазрушающим (и асоциальным) результатам. Рассудок, когда его правильно применяют, может не только ограничивать, но и усиливать эмоции. С одной стороны, он усиливает такие чувства, как радость, любовь, творческая вовлеченность и сенсорное удовольствие; а с другой стороны, он минимизирует или ограничивает такие чувства, как чрезмерная тревога, депрессия, вина и враждебность, и оставляет человеку гораздо больше времени и энергии для приятных переживаний.

Следовательно, думать рационально означает перестать вредить себе (и, как следствие, членам социальной группы), планировать жизнь так, чтобы у человека были более интенсивные и стимулирующие рост переживания и удовольствия, несмотря на многие вредные стимулы и условия жизни.

Если говорить более конкретно, обычно психотерапия борется с иррациональным мышлением, неуместным проявлением эмоций и дисфункциональным поведением. Когда такое саморазрушающее поведение становится привычным, к нему обычно приклеивают ярлык эмоционального нарушения. Терапевт рационально-эмоционального направления считает, что этот вид отклонения во многом происходит из беспорядочной или недейственной системы ценностей человека и сопровождается ею. Как и другие когнитивно ориентированные терапевты, например, Джордж Келли (George Kelly), Эрик Берн, А. Т. Бек, И. Л. Филлипс и Абрахам Лоу, я полагаю, что люди в основном являются оценивающими существами и вопиюще вредят себе эмоционально, когда необдуманно придерживаются нескольких центральных иррациональных убеждений или философии. Основные формы нарушений человека могут быть объединены под названием «детская требовательность». Фактически требовательность, или диктат, кажется сутью практически всего того, что мы обычно называем эмоциональным расстройством. В то время как человек с небольшими нарушениями очень хочет чего-то и, соответственно, жалеет себя или досадует, если его желания не выполняются, человек с большими нарушениями догматически требует, настаивает, командует или повелевает, чтобы его желания были выполнены, и когда этого не происходит, становится чрезмерно тревожным, подавленным или враждебным. Эмоционально нездоровый человек предъявляет три существенных требования: он неизменно должен делать все успешно и практически все значимые люди в его жизни должны его одобрять; другие должны обращаться с ним справедливо, внимательно и с любовью; мир должен быть таким, чтобы в нем было бы легко и приятно жить.

Так как все эти три требования иррациональны и просто не согласуются с реальностью, во многом задача терапевта — показать клиентам то, как именно они высказывают и жестко придерживаются своих требований, как они могут отказаться от своих нереальных требований и как, в конце концов, они смогут приобрести вполне разумную жизненную философию. Причем терапевт должен сделать это так, чтобы после завершения терапии клиенты только изредка возвращались к своим старым саморазрушительным идеям.

Другими словами, действенная психотерапия учит человека тому, что пока он в манере двухлетнего ребенка настаивает на том, что он почти совершенство, и Вселенная вращается вокруг него, на самом деле он невероятно ошибается, и Вселенная совершенно безразлична к нему, ей нет никакого дела до него и, по всей вероятности, никогда не будет. Даже те немногие, которые, кажется, действительно любят его, например, его семья и близкие друзья, поступают так бессовестно нерегулярно. Намного больше их занимают их собственные проблемы и желания и они далеко не всегда внимательны к нему; лишь изредка они действительно активно сосредотачиваются на поощрении его желаний и удовольствий; иногда они просто бывают злыми, неприятными, враждебными и жестокими. Что же касается подавляющего большинства людей в мире, то они вряд ли знают о его существовании, и им нет никакого дела до всего этого.

Тогда лучше, чтобы психотерапия в большей степени помогала человеку повзрослеть, принять реальность и стать более терпимым к себе и другим. Этих рациональных целей можно достигнуть самыми разнообразными способами, практически все их можно отнести к одной из трех групп. Цель может исходить из понимания того, что человек — это существо, которому свойственно взаимодействовать на когнитивном, эмоциональном и поведенческом уровнях; и он почти постоянно учится, разучивается и переобучается на этих трех уровнях взаимодействия.

Следовательно, психотерапевтический процесс — независимо от того, осознает ли терапевт это или нет, - в норме включает в себя перцептивно-когнитивные, эмоционально-вспоминающие и поведенческо-моторные техники. Таким образом, даже старые недирективные роджерианские методы используют поведенческое подкрепление, вставляя свои «Угу» в нужном месте, когда клиенты делают то, что, по их мнению, правильно. И даже ортодоксальные терапевты бихевиориального направления, например, Джозеф Вольпе, ведут своих клиентов по крайне когнитивно-образным второстепенным путям и устанавливают с ними эмоциональные отношения, как указал в своей книге «Бихевиориальная терапия и вне ее» Арнольд Лазарус. Следовательно, рациональные терапевтические цели могут быть достигнуты многими методами, которые, на первый взгляд, кажутся или нерациональными или антирациональными. Рационально-эмоциональная терапия в том виде, в каком я ее практикую, начинается с посылки: чтобы человек достиг фундаментального изменения в структуре личности, он должен значительно изменить некоторые свои давно и глубоко сидящие знания и убеждения. Хотя такая философская реорганизация наиболее эффективно осуществляется при помощи философского рассуждения и дидактического диалога или групповой дискуссии, временами она начинается или стимулируется разными видами эмоционально-вспоминающих методов (прямым противоборством, использованием театрального языка, проигрыванием ролей, директивной рискованностью, личностным столкновением и поддержкой) и большим рядом поведенческих методов (десенсибилизацией, самоподкрепляющими планами, домашними заданиями, поведенческими репетициями, моделированием, утверждающим обучением и оперантным обусловливанием).

Какими тогда с точки зрения групповой терапии являются некоторые из наиболее рациональных и иррациональных целей и процедур?

Иррациональные цели групповой терапии, в общем, имеют два аспекта. Либо руководитель группы или фасилитатор верит в то, что рациональность нежелательна, и стремится к нерациональным и иррациональным целям; либо руководитель группы верит в то, что рациональность желательна, но может быть достигнута, по крайней мере временами, нерациональными путями.

Первый тип редко четко проявляется. Хотя многие руководители групп выступают против рациональности и их подходы крайне антиинтеллектуальны (как указала Джейн Ховард (Jane Howard)), большую часть времени они фактически преследуют рациональные цели, хотя отчасти делают это «иррациональным способом». Таким образом, посылка антиинтеллектуализма заключается в том, что высокая интеллектуальность вредна, то есть мешает жить «по-человечески» и неразрушительно. И посылка тех терапевтов (и фасилитаторов нетерапевтических групп), которые решительно борются с когнитивными или рациональными видами решения проблем, заключается в том, что эти методы дегуманизируют, подавляют или снижают эмоциональность людей. Кажется, такие руководители групп безоговорочно и определенно верят в минимизацию сильного нарушения и максимальное увеличение самоактуализации; следовательно, они, в моем понимании, постулируют и стремятся к крайне рациональным целям.

Порой кажется, что это неправильно. Способствовать тому, чтобы человек, например, стал более дисциплинированным, вполне разумно, так как дисциплина обычно может помочь ему, если и не тотчас, то позднее, лучше жить и больше наслаждаться собой. Однако идея побуждать человека, как поступают некоторые религиозные секты, к дисциплине ради дисциплины или ради счастья на каких-то гипотетических небесах не кажется здравой и рациональной — фактически, в данном случае используется благоразумный взгляд на безрассудные крайности и, следовательно, по существу он является иррациональным. Подобным образом, чтобы подвигнуть человека быть эмоциональным ради проявления эмоций или мистическим ради того, чтобы просто быть мистическим, или переживающим просто потому, что ему полезно переживать, нужно показать ему сомнительно достойную цель. Что касается меня, я не хочу жить просто ради жизни; и я не хочу переживать или проявлять эмоции только потому, что мне определили переживание и проявление эмоций как хорошие или стоящие явления.

Поэтому некоторые терапевтические цели кажутся, по крайней мере, частично иррациональными — или разрушающими жизнь и радость. Когда терапевт группы встреч пытается убедить ее членов стать более враждебными к другим, когда терапевт, ориентированный на дзэн-буддизм, старается помочь своим клиентам достичь нирваны (состояния абсолютного блаженства путем искоренения индивидуального опыта и погружения души в высший дух или ликвидации всех желаний и страстей), когда терапевт-христианин старается помочь человеку терпеть земные горести и лишения с тем, чтобы попасть на небеса и быть там более счастливым после смерти, — в этих случаях групповые фасилитаторы преследуют скорее иррациональные, чем рациональные цели. К счастью, немногие терапевты придерживаются этих крайних позиций; но они действительно существуют.

С другой стороны, есть большое количество современных терапевтов, имеющих вполне рациональные цели, но которые используют исключительно нелогичные или иррациональные способы достижения этих целей. И здесь дело совсем не в нерациональных или иррациональных терапевтических техниках. Многие терапевтические техники обычно приводят к иррациональным саморазрушительным результатам или, по меньшей мере, они достаточно неэффективны (учитывая большое количество времени и сил, необходимых для их использования). Примерами могут служить:

1. Чистая тренировка чувствительности или ультранедирективные процедуры поощряют членов группы бесконечно блуждать вокруг своих собственных эмоциональных проблем, слишком расстраиваться (частично по поводу неэффективности самих процедур) и скорее проявлять эмоции, чем мотивировать себя к изменению поведения.

2. Фасилитатор группы часто опирается на принудительные переживания и выражения всех чувств беспорядочно, включая очень враждебные и разрушительные, и при помощи членов группы скорее подталкивает, а не отговаривает от бесполезной ненависти к себе и другим.

3. Злоупотребление физическими мерами, такими как интенсивный силовой массаж, укусы, удары кулаками и ногами, борьба и стояние на голове, часто приводит к ранению себя или другого и формированию жестоких и бесчеловечных установок на силовое превосходство.

4. Многие руководители групп, отчасти потому, что их не обучали психотерапии, застревают исключительно на физических и невербальных методах и избегают любых попыток решения проблем, которые могли бы гораздо эффективнее помочь большинству членов их группы.

5. Использование процедур, связанных с отношениями, которые имеют много общего с традиционными группами встреч, часто приводит участников к убеждению, что они очень легко могут решить свои глубокие эмоциональные проблемы, что временно почувствовать себя лучше эквивалентно настоящему улучшению, что они действительно остро нуждаются (а не просто очень хотят), чтобы другие любили и одобряли их, что они ничтожны без такой человеческой поддержки и что теперь они достойные люди потому, что руководитель группы и некоторые члены группы, кажется, любят его.

6. Некоторые ориентированные на достижения группы (на пример, для представителей деловых кругов) внушают участникам поверхностную и часто вредную философию о том, что член группы никчемен и, вероятно, не может принять себя, если он не достиг выдающихся успехов в мире.

7. Многие группы, направленные на разрешение проблем, в основном делают акцент на практических, одноуровневых решениях личностных и других проблем и не могут затронуть, оценить или попытаться изменить создающую нарушение жизненную философию члена группы.

8. Некоторые группы делают слишком сильный акцент на сексуальных блоках и трудностях, тратят много времени и энергии на работу над этими блоками и забывают о том, что эти блоки и трудности являются лишь малой долей базовых нарушений человека и что они обычно являются результатами глубинных эмоциональных трудностей, а не создают их.

9. Многие группы, подобные группам встреч, так изобилуют умными играми, упражнениями, развлечениями, приятным времяпрепровождением и другими уловками, что личности членов группы и их фундаментальные системы ценностей, которые лежат в основе их личностей, теряются в трюках.

10. Возрастающее число групп акцентируют внимание на магических, мистических, религиозных переживаниях, которые подразумевают, что рассудок и наука не могут помочь человеку и что существуют сверхъестественные и легко достижимые решения его серьезных проблем.

11. Некоторые руководители групп делают слишком сильный упор на позитивное мышление, неисправимо оптимистическое воображение и другие формы самовнушения, которые имеют определенную ценность, но дают очень неэффективные решения для серьезных вопросов. 

12. Существует большое количество групп, которые сурово осуждают своих членов за действия, особенно когда они не соответствуют групповым процедурам. Не так уж мало участников таких групп пострадали от этого вида групповой цензуры.

13. Некоторые группы проводят репетиции нереалистичных ситуаций, в которых человек практически не может потерпеть неудачу, вместо того чтобы испытывать и атаковать его идеалистические установки по отношению к неудаче. В результате они плохо подготавливают его к жизни в реальном мире, где неудачи практически неотвратимы.

14. Многие аналитические группы так поглощены бессознательными мыслями и чувствами участников, что они, к сожалению, пренебрегают легко доступным и часто более важным сознательным и предсознательным мышлением и проявлением эмоций.

15. Некоторые руководители групп являются настолько твердо и упорно антиинтеллектуальными, что способствуют разрушению нормальных процессов мышления и стимулируют человека отказаться от его наиболее уникальных и важных человеческих способностей, а именно от способности серьезно размышлять и думать о своем мышлении, результате его способности к разрешению проблем расстраиваются, а не усиливаются, и его эмоции обычно становятся более неуместными и не контролируемыми.

16. Многие групповые процессы настолько вопиюще неэффективны, что участники долгое время напрасно страдают, прежде чем продвинуться, они разочаровываются всем терапевтическим процессом и впоследствии у них появляется хорошее оправдание, чтобы избежать эффективной терапии.

Когда групповой процесс крайне рационален, в первую очередь руководитель выбирает благоразумные и уничтожающие нарушения цели и затем старается достигнуть их логическими, эмпирическими, действенными методами. В рационально-эмоциональной терапии и в сходных когнитивно-бихевиориальных видах групповой терапии руководитель стимулирует рациональные процессы многими способами, включая следующие:

1. Руководитель и несколько более опытных членов группы совместно обучают человека, который поднимает эмоциональную проблему, как принять жестокую реальность и как решить эту проблему при помощи согласованного решительного усилия, а не при помощи магического ожидания того, что она испарится от жалобных требований.

2. Группа показывает участнику с проблемой, что именно он думает, чтобы создать свои неадекватные чувства и поведение, как его беспорядочные мысли являются причинами его деструктивных чувств и как логически разобраться в этих мыс лях, как эмпирически оспаривать их и как настойчиво пытаться их изменить. Там, где менее рационально ориентированные группы акцентируют чувства и инсайт, рационально ориентированные делают упор на оспаривании иррациональных убеждений до тех пор, пока они не будут побеждены.

3. Группы под четким управлением руководителя являются философски и когнитивно ориентированными, но обычно используют широкий диапазон эмоциональных и поведенческих тех ник для того, чтобы содействовать когнитивным изменениям. Разумно в этом смысле то, что деловая предприимчивость рациональна: то есть готова задействовать практически любой метод, который действительно работает на изменение сути установок.

4. Руководитель группы, такой как руководитель группы РЭТ, обычно является активным, исследующим и борющимся. Он использует групповой процесс в различных целях: чтобы поощрять предложения, комментарии и гипотезы других членов группы, которые, в свою очередь, побуждают его сосредотачиваться на важных вопросах, которыми иначе он мог бы пренебречь; представлять посылки, которые он может проверить и добавить к ним что-то; усиливать некоторые свои главные качества; опираться на других членов группы и, тем самым, увеличивать терапевтическую эффективность процесса.

5. Группа рационально использует работу во время групповой сессии и дает членам группы домашние задания, которые нужно выполнить вне сессии. Таким образом, она может предписать члену группы искать работу, пойти на свидание с девушкой, с которой он боится встречаться, или намеренно сходить в гости к мачехе, которую он может ненавидеть. Такими домашними заданиями часто более эффективно руководствуются и следуют им, когда их дает группа, а не сам терапевт.

6. Группа в использовании эмоциональных и поведенческих техник не принимает простодушно проявления участников, а специально ищет и придает особое значение когнитивным соотношениям. Так, группа ищет фактическое подтверждение высказываний человека. Например, если он отрицает, что у него есть враждебные чувства, то группа проводит эксперимент, в процессе которого эмоциональные и поведенческие аспекты этих чувств и их выражение в жестах можно не посредственно наблюдать. Более того, когда эти чувства обнаруживаются и аутентично выражаются, рационально ориентированная группа указывает участнику что именно он говорит себе, чтобы вызвать их, как он когнитивно поддерживает их и что он может сделать, чтобы минимизировать или устранить их, если это возможно. Таким образом, она погружается гораздо глубже в выражение и понимание чувств, чем группа, которая не уделяет особого внимания рациональному анализу и изменению.

7. Рационально-ориентированная группа обеспечивает каждого участника несколькими необходимыми видами обратной связи от других членов группы.

  • Группа показывает ему, что он так же тревожен и имеет те же иррациональные идеи, как некоторые или большинство членов группы.
  • Группа дает ему честные наблюдения членов группы относительно того, как он взаимодействует и устанавливает отношения с другими людьми и что он, по их мнению, может сделать, чтобы улучшить свои человеческие взаимоотношения.
  • Группа подготавливает обсуждение, в ходе которого участник группы может вовлечь в психодраматические упражнения с проигрыванием ролей других участников и обучиться в процессе упражнения приемам уверенного поведения и другим видам социальных навыков.
  • Иногда группа предлагает человеку социальное участие и важную обратную связь непосредственно вне групповой ситуации и, тем самым, помогает ему установить отношения и узнать нечто важное о себе.
  • Иногда группа представляет ему других людей, которые в процессе и за рамками групповой терапии указывают ему, чем является его иррациональное мышление, показывают, как он может оспаривать и опровергать его, дают ему упражнения для тренировки оспаривания и побуждают его думать более разумным способом о себе самом и о мире.
  • Фактически участники группы иногда становятся терапевтами друг для друга и получают возможность увидеть некоторые свои нелогичности и научиться оспаривать свои разрушающие идеи, так как при помощи уникального метода обратной связи в активном столкновении с извращенным мышлением другого их заставляют бороться и с собственным.
  • Когда человек оспаривает и обсуждает иррациональность других членов группы, за ним наблюдают и его поправляют руководитель и остальные члены группы и ему показывают, ка кие методы опровержения являются неверными, как он может исправить их и какой может взвесить свои способы, чтобы вы брать более подходящий, который будет полезен как для членов группы, так и для него самого.

8. В рационально-ориентированных группах участник имеет возможность наблюдать прогресс, особенно философский, других членов группы и может видеть, что лечение эффективно, что он сам может подобным образом измениться, что существует нечто специальное, чему он может научиться, чтобы помочь себе, и что терапия — это не магия, а почти всегда упорная, тяжелая и активная работа.

9. В группе человеку предлагают более широкий диапазон возможных решений, чем при индивидуальной терапии. Из десяти или двенадцати человек, присутствующих на групповой сессии, один человек, в конце концов, может нащупать его основную проблему (после того, как некоторые другие, включая руководителя, потерпели неудачу), а другой человек может предложить превосходное решение (после того как было предложено несколько решений более низкого уровня). Иногда один человек, даже терапевт, может махнуть рукой на сложный вопрос (или человека), а в группе кто-нибудь окажется более настойчивым и сможет помочь.

10. Признание человеком своих личных проблем в присутствии группы людей само по себе терапевтично. В сессии группы РЭТ клиента вдохновляют и иногда просто заставляют раскрыть обычно скрываемые чувства и мысли и показывают, что в них нет ни чего постыдного. Терапевт и другие члены группы стараются по казать подавленному человеку, что ничего ужасного не произойдет, если он откровенно выскажется; что, однажды выговоришись, он будет лучше себя чувствовать; и что даже если его раз несут в пух и прах и высмеют, то это будет досадным и фрустрирующим, но от этого не пострадает его Я и это не станет катастрофой — разве только он сам не определит так этот опыт.

11. Рационально-ориентированный групповой процесс включает в себя много образовательного и дидактического материала, например, объяснения, информирование и обсуждение раз личных методов. Как показали Джон Дьюи (John Dewey) и Жан Пиаже (Jean Piaget), обучение оказывается эффективнее, когда человек принимает участие в обучающе-дискуссионно-практическом процессе, чем когда он в основном пассивно воспринимает. Поэтому групповая терапия является великолепным средством эмоционального воспитания; и она настолько эффективна в этом отношении, что в Школе Жизни (Living School), управляемой Институтом исследования рациональной психотерапии, обычных детей обучают элементам эмоционального воспитания в ходе групповых совещательных сессий и во время регулярной групповой работы в классах.

12. Люди с серьезными нарушениями держатся за свои иррациональные идеи и неуместные чувства так жестко и непреклонно, что им обычно требуется постоянное и последовательное вмешательство. В групповой процедуре РЭТ после общей сессии (продолжительность 2ч. 15 мин.) проводится послегрупповая сессия в течение примерно часа. Очень многое можно сделать, чтобы посягнуть на негативное мышление и деятельность членов группы, на обычных двенадцатичасовых мини-марафонах и суточных марафонах рациональных встреч по субботам и воскресеньям.

Групповые процессы могут включать в себя большое количество рациональных процедур. Эти процедуры резко и быстро обнаруживают иррациональные посылки и нелогичные выводы проблемного члена группы и помогают ему пересмотреть и реконструировать его разрушительную философию. Группы являются настолько эффективными в этом отношении, что их часто используют ведущие терапевты когнитивного направления.

В заключение хочу добавить, что люди обычно склонны к саморазрушающему мышлению и неуместному поведению и проявлению эмоций. Но они могут значительно изменить свои познания, эмоции и поведение, если четко поймут, что именно они думают и делают, чтобы создать так называемые эмоциональные расстройства. Они могут сделать это, решив мыслить и действовать по-другому; и им можно помочь сделать это с помощью активно-директивной рационально-ориентированной групповой психотерапии.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Например, Берн (1964); Корзини (Corsini) (1966); Дрейкурс (Dreikurs) и Грей (Grey) (1968); Лазарус (1971), Лоу (1952); Филлипс и Винер (1966)