1. ГУМАНИЗМ И ПСИХОТЕРАПИЯ

Несколько лет назад, на ежегодном собрании Ассоциации по гуманистической психологии, группа участников собрания предложила, по крайней мере, 20 различных концепций сущ­ности гуманизма по отношению к психологии, причем эти кон­цепции радикально отличались по некоторым важным пунктам. Более того, как указывала Шарлотта Бюлер (Charlotte Buhler) в 1971 году в своем президентском обращении к Первой Между­народной пригласительной конференции по гуманистической психологии, существует несколько якобы гуманистических кон­цепций, которые противоречат друг другу и между которыми каждый вынужден сделать выбор. Она указала, что люди не мо­гут одновременно верить в гуманистическую конечную цель гомеостаза и конечную цель осуществления самореализации.

Сам по себе термин гуманизм имеет, по крайней мере, 2 основ­ных значения, которые частично совпадают, но не равны друг другу. С психологической точки зрения он означает изучение человека как целого (в противоположность изучению его отдельных черт и поступков) с целью помочь ему жить более счастливой и творчес­кой жизнью. С точки зрения нравственности гуманизм означает формирование системы правил, по которым человек живет и которая ориентирована в большей степени на интересы человека, чем на какой-то предполагаемый закон природы или бога. Первое из этих двух значений подчеркивается такими организациями как Ас­социация гуманистической психологии, а второе - такими груп­пами как Американская гуманистическая ассоциация.

Казалось бы, можно представить определение гуманистической психотерапии, которое включает обе эти концепции. Такое определение оставило бы гуманистическую психологию исклю­чительно в рамках науки и препятствовало бы ее отклонениям в неинтеллектуальные, ненаучные, мистические и религиозные области, в которых гуманистическая психология в наши дни чув­ствует себя как дома. Суть гуманизма и с психологической, и с этической точек зрения состоит в том, что человек полностью призван быть человеком: то есть способности человека ограни­чены и он подвержен ошибкам, и что нет никакого способа уз­нать, является ли он сверхчеловеком или недочеловеком. Од­ной из самых специфических человеческих особенностей яв­ляется способность фантазировать и полностью верить во все виды сущностей и сил нечеловеческого происхождения, таких как черти, демоны и ад, с одной стороны, и ангелы, боги и рай, с другой. Но насколько нам известно, ни один человек не явля­ется ни недо-, ни сверхчеловеком. Более того, нам представля­ется весьма сомнительным предположение, что когда-нибудь будут существовать недо- или сверхлюди.

Одно из преимуществ дополнения этического гуманизма к пси­хологическому состоит в том, что последний становится дейст­вительно научным. Потому что когда Абрахам Маслоу открыл так называемую «третью силу» в психологии и добавил гуманизм к бихевиоризму и психоанализу, у него не было намерения сделать гуманизм ненаучным. Однако многие его последователи броси­лись в астрологию, мистику, экстрасенсорное восприятие, пред­сказание судьбы и все виды ненаучных и антинаучных областей с неистовой потребностью «расширить границы разума человека». В этом процессе они практически отбросили «гуманистическую психологию» назад в прошлое и на веру приняли все виды со­мнительных учений.

Тем не менее, этический гуманизм тесно связан с научным методом, основной постулат которого состоит в том, что, пока не доказано обратное, нет ничего ценнее человеческого суще­ствования. Достаточными для обоснования или научной про­верки любой гипотезы относительно человека могут считаться только такие данные, которые при некотором окончательном анализе являются наблюдаемыми и воспроизводимыми. Любая гипотеза, не подкрепленная доказательствами, которые обыч­ные люди могут наблюдать и повторять, считается теологичес­кой, сверхъестественной или мистической и не может рассмат­риваться в рамках общей или психологической науки.

Согласно этому правилу, гуманистическая психология занима­ется изучением целого индивидуума при помощи логико-эмпири­ческих средств, которые направлены на то, чтобы помочь человеку самореализоваться, жить более творческой и счастливой жизнью. Она полностью принимает людей с их недостатками; она опериру­ет их жизненным опытом и ценностями; гуманистическая психо­логия подчеркивает их способность создавать и направлять собст­венные судьбы. Гуманистическая психология рассматривает людей как целостных, целеустремленных индивидуумов, права которых имеют значение только потому, что они существуют, и которые (вме­сте со своими собратьями) имеют право продолжать существова­ние, получать удовольствие и самореализовываться. Эта концепция гуманистической психологии соединяет этическую и научную теч­ки зрения и поддерживается многими ведущими теоретиками и практиками психологии, такими как Шарлотта Бюлер, Вильгельм Дилти (Wilhelm Dilthey), Виктор Франкл (Frankl V.), Курт Голдштейн (Kurt Goldstein), Карен Хорни, Абрахам Маслоу, Ролло Мэй, Карл Роджерс и Людвиг фон Берnаланфи (Ludwig von Bertalanffy).

Гуманистическая психотерапия является важным направле­нием гуманистической психологии; но она часто уходит в свои особые области и изучает экспериентальные (речь идет о терапии, сутью которой является формирование нового опыта путем переработки переживаний. (Научн, ред.) невербальные и физические подходы к изменению личности. Она предполага­ет, что современный человек становится слишком интеллекту-ализированным, технологизированным и неэмоциональным, а следовательно, теряет человечность и становится отчужденным.

Гуманистическая психотерапия предлагает новый путь для восполнения ошибок классического бихевиоризма и ортодок­сального психоанализа. В этом отношении гуманистическая психотерапия внесла значительный вклад в психотерапию и в разработку методов актуализации возможностей человека.

Однако человек не может жить одними эмоциями. Он - уди­вительно сложное, когнитивно-эмоционально-биологическое создание. Его способность к размышлениям - и особенно его способность обдумывать свои мысли — вероятно, является его самым уникальным и самым «человеческим» качеством. Поэто­му, если человек должен эффективно работать против своих личных склонностей и общественного влияния, приводящих к его «обесчеловечиванию», ему следует учиться активно исполь­зовать особые мыслительные процессы самого высокого уров­ня и метамышление, которыми он обладает от рождения, но ко­торые он с легкостью игнорирует.

Когнитивная психотерапия весьма эффективно, как профи­лактически, так и терапевтически помогает развивать «человеч­ность» людей. Я был связан с одной из наиболее известных ког­нитивных школ с момента ее создания, а именно с рациональ­но-эмоциональной терапией (РЭТ) - революционным гумани­стическим подходом в психотерапии.

В отличие от ортодоксальной психоаналитической или клас­сической поведенческой психологии, рационально-эмоцио­нальная терапия ставит человека в центр мира и его собствен­ной эмоциональной судьбы и предоставляет ему почти полную ответственность за выбор причинять или не причинять самому себе серьезное беспокойство. РЭТ расценивает биологические и средовые факторы как важные в цепи событий, которые ведут к дезорганизации и расстройствам человека. Тем не менее, РЭТ утверждает, что человек сам может (и обычно так и делает) ак­тивно влиять на свои эмоциональные реакции, вызванные стимулом из окружающей среды. Следовательно, человек обладает огромными возможностями для контроля над тем, что он чув­ствует и делает. Более того, когда человек невольно и по глупо­сти заставляет себя страдать, от всей души веря в иррациональ­ные и непроверяемые предположения о самом себе или других, он почти всегда может заставить себя прекратить испытывать страдания, и он может часто поступать таким образом — если он применяет рационально-эмоциональные приемы.

РЭТ использует схему А—В—С для поэтапного рассмотрения личности человека и его расстройств. Обычно терапевт, когда пытается помочь человеку, начинает с этапа С — волнующего эмоционального последствия, которое человек недавно пережил. Обычно человека кто-то отвергает (этап А — активизирующее переживание или событие) и тогда он испытывает тревогу, соб­ственную униженность или подавленность на этапе С. Он оши­бочно полагает, что его отверженное состояние вызвало его чув­ство тревоги, собственного ничтожества или подавленности. Он даже может открыто выразить словами это убеждение, говоря что-нибудь вроде: «Она отвергла меня и это ввело меня в депрессию».

Человеку можно показать, что событие на этапе А не служит и на самом деле не может послужить причиной отрицательных эмоций на этапе С. Если бы это было возможно, тогда факти­чески каждому, кого отвергают, приходилось бы испытывать точно такую степень угнетения, но этого не происходит. Зна­чит, между этапами С и А существует еще один этап — В. Как показывает наш анализ, на этапе В вступает в действие система убеждений человека.

В норме, когда человека отвергают, у него могут появиться различные мысли: одни рациональные по сути, а другие - в большей степени иррациональные. Рациональное убеждение человека (гВ) в основном выглядит так: «Какое несчастье, что она отвергла меня! У меня будут проблемы в результате ее от­вержения; и это очень плохо. Как я смогу теперь заставить ее принять меня в будущем? А если я не смогу, как я могу быть принят какой-нибудь другой женщиной, которая отчасти по­хожа на нее и, возможно, принесет мне почти столько же радости, сколько я получил бы, если бы она не отвергла меня?*. Это убеждение рационально, потому что оно предполагает увели­чение счастья человека и снижение до минимума его боли и от­носится к наблюдаемым, эмпирически проверенным событи­ям. Легко понять самому человеку и другим, что событие дей­ствительно является несчастьем, потому что его отвергла та, ко­торую он любит; что у него будут проблемы из-за ее отверже­ния; и что он, вероятно, сможет найти другую женщину, кото­рая примет его и принесет ему почти столько же радости, сколь­ко он получил бы, если бы его не отвергла первая женщина.

Если бы этот человек строго полагался на свои рациональ­ные убеждения по поводу своего отвержения и ни на йоту не отошел бы от них, он в большинстве случаев пережил бы четко выраженные чувства на этапе С, но это не были бы чувства тре­воги, собственного ничтожества или подавленности. Вместо этого человек почувствовал бы разочарование, печаль, сожале­ние, фрустрацию или раздражение. И его чувства тогда вполне соответствовали бы активизирующему переживанию или собы­тию, так как они побудили бы его изменить свою жизнь таким образом, чтобы в будущем его могла принять желанная женщи­на и, следовательно, чтобы он получил большее удовольствие.

Однако люди склонны к нелогичным мыслительным процес­сам на этапе В, которые можно назвать «мистическим мышле­нием». У людей есть иррациональные убеждения (1В) в дополне­ние к их рациональным убеждениям. Поэтому клиент обычно будет заключать: «Как это ужасно, что она отвергла меня! Я на самом деле ничего не стою, раз она так поступила! Ни одна желан­ная женщина, вероятно, никогда не примет меня! Мне следовало бы лучше убеждать ее принять меня; я заслуживаю своего наказа­ния за то, что я был так глуп!». Эти убеждения очень нелогичны, потому что они почти непременно должны ослабить счастье че­ловека, довести до максимума его боль и могут помешать ему ре­ализовать свои желания в будущем. Кроме того, они имеют от­ношение к мистическим, эмпирически непроверяемым предпо­ложениям, относительно которых не существует и, вероятно, ни­когда не будет существовать никаких фактических доказательств.

Таким образом, когда человек предполагает, что событие ужасно (тяжело, отвратительно), если его отвергает желанная женщина, он утверждает, что отвержение для него является ис­ключительно затруднительным и что это более чем затрудни­тельно. Хотя первое из этих утверждений является подтвержда­емым, второе таковым не является. Оно подразумевает, что су­ществует закон Вселенной, в соответствии с которым желания человека должны быть удовлетворены; и что он не может про­должать существование в мире, где он подвергается лишени­ям. Но это все абсолютные и погруженные в мир личных пере­живаний утверждения, у которых нет оснований в действитель­ности и которые человек придумал по глупости. Ужас по-на­стоящему является монстром, которого он сам выдумал и кото­рый заставляет его страдать. Очевидно, что затруднения и не­достатки существуют; но ужас и тяжесть переживаний являют­ся вымышленными монстрами и демонами.

Когда человек выдвигает предположение, что он ничего не стоит, потому что желанная женщина отвергла его, он прибега­ет к непроверяемому утверждению. Для него заключение, что он ничего не стоит означает, что его жизнь обладает теперь не­коей меньшей ценностью и не имеет и никогда больше не будет иметь никакого смысла. Хотя первое из этих утверждений свя­зано с наблюдаемыми переживаниями или событиями и, сле­довательно, является эмпирически проверяемым, второе утвер­ждение реально не может быть доказано или опровергнуто, а является только определительным. Каким образом, кроме оп­ределения, можно продемонстрировать, что он, очень сложный и развивающийся организм, не представляет и никогда не бу­дет представлять никакой ценности только потому, что одна женщина отвергла его? Даже если он никогда не добьется же­ланной женщины, он сможет совершать другие поступки, при­носящие удовольствие и, следовательно, будет представлять зна­чительную ценность для самого себя.

Более того, если он будет продолжать попытки, у него почти всегда появится возможность добиться желанной женщины. Конечно, при условии, что он не будет убеждать себя своими глупыми пророчествами о том, что он, вероятно, не сможет никого добиться.

Когда человек делает вывод: «Мне следовало лучше убеждать ее принять меня, и я заслуживаю наказания за то, что был так глуп!», он придерживается некоторых утверждений, которые являются мистическими и непроверяемыми. Во-первых, он ут­верждает что было бы, если бы он лучше убеждал ту женщину принять его, и что ему следовало и что он должен был сделать. Но как он может привести достаточные основания этих следо­вало и должен был! Во-вторых, человек уверенно предполагает, что он ничего не стоит из-за того, что не убедил желанную жен­щину принять его. Но как он мог стать абсолютно плохим чело­веком только потому, что он совершил ряд ошибок или непра­вильных действий! В-третьих, он настаивает из-за отказа же­ланной женщины, что он будет обездолен или наказан ее утра­той и что он заслуживает, по какому-то закону Вселенной, осуждения, проклятия и наказания навсегда. Хотя первое из его утверждений может быть подтверждено, второе является не­обоснованным утверждением.

В таком случае во многих отношениях иррациональные убеж­дения (1В) человека являются мистическими и очень часто ока­зываются вредны. Чем больше человек искренне и недостаточ­но критически придерживается их, тем в большей степени он будет ощущать беспокойство, собственное ничтожество и по­давленность. Эти чувства отнюдь не способствуют разумному отношению к возникшей проблеме — как добиться приятия женщины, которую он любит, или какой-нибудь другой жен­щины, похожей на нее.

Терапевт в рамках рационально-эмоциональной терапии раз­говаривает с таким обеспокоенным человеком, показывая ему, что активизирующие переживания или события (на этапе А) обычно не служат причиной его нарушений (на этапе С), а что он сам создает эти нарушения посредством убеждения себя (на этапе В) в некоторых очень нелогичных предположениях. Затем терапевт переходит к этапу О, на котором происходит обсужде­ние и оспаривание иррациональных убеждений клиента. Обеспокоенный человек должен подвергнуть сомнению свои убеж­дения, спрашивая себя: «Почему ситуация является ужасной, если женщина, которую я люблю, отвергла меня?»; «В какой степени я действительно ничего не стою, если она отказала мне?»; «Где доказательства того, что, вероятно, ни одна желанная женщина никогда не примет меня?»; «Почему я должен был сильнее убеж­дать ее принять меня?»; «По какому закону я по-настоящему за­суживаю наказания или осуждения за то, что я был так глуп?».

Если терапевту удается убедить человека (который испыты­вает тревогу, подавленность и ощущает свою ничтожность) ос­порить (на этапе D) свои иррациональные убеждения (iВ) от­носительно себя и мира, то затем он переходит к этапу Е — к преодолению эмоциональных или поведенческих нарушений у клиента. На этом этапе у клиента сначала появляется новый ког­нитивный результат (сЕ), то есть новые утверждения относи­тельно первоначальных рациональных убеждений (rB). Клиент будет делать следующие заключения: «Ситуация не является ужасной, а просто очень затруднительной и приносящей ущерб, поскольку желанная женщина отвергла меня»; «Относительно настоящего моя жизнь, возможно, менее полна удовольствия и менее значима, чем она была бы, если бы желанная женщина приняла меня, однако я ни в коей мере не являюсь ничего не значащим - если только я по глупости не считаю себя таковым»; «Не существует никаких доказательств, что ни одна желанная женщина никогда не примет меня, и, вероятно, в будущем это случится»; «Существует много причин, почему было бы лучше, если бы я хорошо убеждал свою любимую принять меня, но нет никаких доказательств относительно того, почему я должен был или мне следовало делать это»; «Не существует ни одного зако­на, который предписывает, что я заслуживаю наказания или осуждения за то, что я был так глуп, хотя если я буду оставаться неопытным при завоевании верности женщины, которую я люб­лю, я буду получать меньше удовольствия».

Если терапевт будет помогать клиенту придерживаться но­вой жизненной философии, тогда последний достигнет нового и часто очень явно выраженного поведенческого результата (bE): через какое-то время он не будет испытывать чувства тревоги, подавленности и ощущать собственное ничтожество, когда по­хожие активизирующие переживания (утрата одобрения со сто­роны любимой женщины) будут возникать в его жизни.

В самых общих чертах это суть рационально-эмоциональной терапии. Кроме того, РЭТ использует разнообразные методы, которые помогают людям изменить свои основные иррацио­нальные представления и установки и приобрести более разум­ные, несущие радость и минимизирующие боль взгляды на жизнь и самого себя.

Так как в РЭТ используют активно-директивные методы, так как практикующим РЭТ терапевтам исключительно трезво, убе­дительно и наглядно удается развенчивать многие священные мифы, суеверия и религиозные догматы, которые весьма распро­странены среди людей (и даже среди психологов и других уче­ных), ее часто рассматривают как антигуманистическую. Когда она утверждает, что люди не в абсолютной степени нуждаются в любви или успехе и что они обладают развитой способностью к размышлению и к выбору саморазрушающих эмоций, рациональ­но-эмоциональную терапию обвиняют в том, что она слишком заумна, механистична и манипулятивна.

Эти обвинения являются не только ошибочными, но и упус­кают важный момент — эффективные терапевтические подхо­ды, которые делают акцент на возможностях когнитивного кон­троля над дисфункциональными эмоциональными процессами, во многих отношениях являются наиболее гуманистическими методами изменения личности, которые пока были придума­ны. Обычно они сосредоточены на человеке, ориентированы на творческое развитие и связаны с максимальной актуализацией возможностей человека. Хотя экспериентально ориентирован­ные психологи, такие как Абрахам Маслоу, Фредерик Перлз и Карл Роджерс являются выдающимися гуманистами, гуманис­тами в такой же степени являются когнитивно ориентирован­ные терапевты, такие как Аарон Т. Бэк (Aaron T.Beck), Эрик Берн, Шарлотта Бюлер, Джордж Келли, Арнольд Лазарус, Э. Лакин Филлипс (E. Lakin Phillips) и Джулиан Роттер.

Когнитивная терапия в целом и рационально-эмоциональная психотерапия в частности занимают место среди наиболее гума­нистических психологических лечебных процедур по ряду причин. 1. Когнитивные терапевтические подходы имеют дело с убеж­дениями, установками и ценностями, а не со стимулами и реак­циями, как многие другие психотерапевтические подходы. Так, психоанализ часто не имеет решений относительно активизиру­ющих событий жизни человека или стимулов, которые осажда­ют его во время раннего детства. Классическая поведенческая терапия главным образом занимается реакциями и симптомами. Экспериентальная терапия и терапия групп встреч также сосре­доточены на реакциях или переживаниях человека. РЭТ направ­ляет все свое внимание на отдельного человека и, в основном, подчеркивает его уникальные особенности: его познавательные способности и способность создавать и верить в свои убеждения. Как продемонстрировали Магда Арнольд и Рудольф Арнхейм, подтверждается, что и на восприятие человека, с одной стороны, и на его эмоции, с другой, в значительной степени влияют мыс­ленные образы и конструкции человека. В то время как поведе­ние низших животных, вероятно, в значительной степени обус­ловлено внешними условиями, человек - единственное сущест­во, которое может буквально создать новые условия или пере­обучиться посредством изменения своих собственных представ­лений. Следовательно, РЭТ имеет дело с человеком как с челове­ком, а не как с представителем царства животных.

2. Когнитивные терапевтические подходы ставят человека не­посредственно в центр мира и предоставляют ему более широ­кий выбор, больше экзистенциальной свободы по сравнению со многими другими видами психотерапии. РЭТ считает, что поведение человека, несмотря на то что оно в некоторой степе­ни детерминировано и ограничено биологической природой и историей человека, является намного менее определенным, чем считают ортодоксальные фрейдисты или бихевиористы. РЭТ демонстрирует людям, как они могут расширить свой выбор и значительно изменить свои личностные особенности. Для это­го РЭТ помогает людям четко понять, что они излишне ограничивают себя; смягчить и искоренить свои жизненные прави­ла; активно работать против своих разрушительных моделей поведения до тех пор, пока они не будут сломаны.

3. Когнитивные терапевтические подходы принимают чело­века таким, какой он есть, и не используют его способности лег­ко поддаваться внушению, верить в предрассудки и подчиняться общепринятым нормам, чтобы помочь человеку адаптироваться в социуме. Такие подходы позволяют человеку критически отно­ситься к некоторым биологическим и социальным ограничени­ям и радикально менять свою жизнь (хотя и не становиться сверх­человеком). В частности, РЭТ учит людей не зависеть от обстоя­тельств и не поддаваться внушению, размышлять самостоятель­но, несмотря на то что думает и чувствует большинство окружа­ющих их людей, и сводить к минимуму свои потребности в до­стижении успеха и в получении одобрения, которые часто вы­нуждают их быть сверхуступчивыми. Вместо этого РЭТ полага­ется исключительно на обычные виды подкрепления для дости­жения личностных изменений, она также использует методы раз­вития независимого и творческого мышления, которые являют­ся важной частью гедонистического начала человека.

4. Когнитивные терапии глубоко философичны по своей природе и являются более тонкими способами решения про­блем при помощи переструктурирования личности, в отличие от более простых методов, ориентированных на устранение симптомов. Психоанализ, экспериентальная и поведенческая терапии могут помочь пациенту заранее предвидеть особую фо­бию, например, такую как страх невезения в любви или страх невезения в работе. Но почти невозможно предвидеть пробле­мы, которые не беспокоят клиента явно. РЭТ, например, яв­ляется одним из нескольких психотерапевтических подходов, с помощью которых клиенту можно четко показать, что само­принятие является исключительно тавтологическим и опре­делительным представлением и, возможно, к нему всегда бу­дет стремиться тот человек, у которого установки в порядке. РЭТ утверждает, что людям вообще не нужно оценивать себя, хотя они обычно имеют больше преимуществ, если могут точно оценить свои черты и поступки. Более того, РЭТ настаива­ет, что фактически все проблемы людей являются результатом мистического мышления (веры в многочисленные следовало, нужно и должен) и поэтому могут быть прямо и непосредствен­но устранены строгим следованием эмпирической реальности. Человек, у которого есть проблемы, может не только быстро разглядеть, каковы его основные трудности входе сравнитель­но небольшого количества сессий РЭТ, но и научиться эффек­тивно справляться со своими проблемами в дальнейшем. Эта послетерапевтическая эффективность придает особую цен­ность когнитивному подходу.

5. Перцептивно-когнитивно-философский подход в терапии лучше многих других методов помогает человеку найти более точный, здравый баланс между его индивидуалистическими, на­правленными на поиск самого себя, стремлениями и его суще­ствованием в социальной группе, в которой он является полез­ным и способным к сотрудничеству членом. Так, экспериентальный или психоаналитический методы стимулируют человека к потаканию себе и несколько антисоциальной ненависти к дру­гим, а терапия взаимоотношений поощряет его беспокойство по поводу одобрения окружающих и жертвовать собой ради сво­ей социальной группы. РЭТ включает разнообразное, эмпири­чески обоснованное обсуждение клиентом и терапевтом различ­ных вопросов (например, индивидуализм и конформизм), которое может дать человеку возможность достичь золотой сере­дины между двумя крайностями. Так как большинство главных жизненных проблем требуют принятия человеком терпеливо­го, несколько компромиссного отношения к себе, другим и миру, то намного более вероятно, что такой результат достига­ется посредством разумного, сосредоточенного на фактах об­суждения с хорошо подготовленным и мудрым терапевтом, чем посредством погружения в более специфические типы терапии.

6. Когнитивные терапевтические подходы максимально ис-пользуют научно-гуманистическую методологию, которая ос­нована на уместности и поиске удовольствия и в то же время тесно связана с научной эмпирикой, предметностью и находящимся под контролем экспериментированием. РЭТ откровен­но отталкивается от ценности самого человека — от предполо­жения, что удовольствие, радость, творчество и свобода полез­ны и продуктивны для человека, и что боль, безрадостность, отсутствие творчества и зависимость — вредны для него. Она также предполагает, что так называемые эмоциональные рас­стройства во многом вымышлены нами самими и поэтому мо­гут быть рассеяны нами же. Однако, так как РЭТ полагается на индукцию эмпирических доказательств и на логическую дедук­цию основанных на фактах гипотез (как, в сущности, полагает­ся каждый рациональный метод рассуждения), она связывает свои, ориентированные на человека, гедонистические цели с са­мыми лучшими логико-эмпирическими методами достижения этих целей. Вместо того чтобы быть нерациональной и ненауч­ной, каковыми сегодня являются многие системы психотера­пии и философии, РЭТ решительно пытается использовать со­временную науку для гуманистических целей. Например, РЭТ показывает человеку, что его не отчуждают технология и наука, а что он отчуждается сам посредством иррационального освя­щения этих инструментов человека, и что он может не быть от­чужденным или вступить в контакт с собой и использовать та­кие инструменты в своих целях.

7. Когнитивные терапии помогают человеку найти разумный баланс между слабым и сильным гедонизмом. Фактически, все виды психотерапии по сути являются гедонистическими, они стремятся помочь человеку минимизировать ненужную боль (например, тревогу или депрессию) и довести до максимума удо­вольствие (например, любовь и творческую работу). Однако некоторые виды терапии - особенно те, которые сосредоточе­ны на религии - делают акцент на самоорганизации и долго­временных целях, а другие - особенно экспериентальная тера­пия и методы, аналогичные терапии групп открытых встреч — подчеркивают значение ближайших целей, удовольствий здесь-и-сейчас. РЭТ, ориентируясь на философский подход и не при­держиваясь исключительно крайних точек зрения, учитывает и позволяющие расслабиться удовольствия здесь-и-сейчас, и долговременные цели, которые предполагают способность к само­организации и дисциплине. Она считает, что люди способны активно работать для достижения личностных и социальных из­менений и быть сравнительно терпеливыми, получать удоволь­ствие от широкой гаммы соответствующих эмоциональных со­стояний (включая, временами, глубокую печаль и сожаление), контролировать и изменять свои неадекватные эмоции (такие как депрессия или гнев).

Когнитивные терапевтические подходы используют разно­образные обучающие методы и методы переобучения. РЭТ учит людей тому, как понимать себя и других, как изменить свои ос­новные паттерны личности с помощью полного эмпатийного принятия клиента со стороны терапевта, создания безопасной обстановки, безоценочных условий и тренировки установления отношений в индивидуальном порядке и в группе. РЭТ подтал­кивает человека к рискованным и смелым поступкам, как во время, так и вне терапевтических сессий. Она заставляет его самовыражаться более откровенно, в меньшей степени использовать защитные механизмы. Она применяет бихевиористское
десенсибилизирование и процедуры оперантного обусловлива­ния. РЭТ демонстрирует человеку сложные варианты самообмана и детской требовательности с помощью объяснения, при­ ведения историй, научных данных, библиотерапии, аудиовизу­альных средств, философских дискуссий и множества других обучающих приемов, которые для многих людей являются более эффективными, чем драматический или бихевиористский подходы. Очевидно, человек не живет одним интеллектом, но он редко живет и без него. РЭТ добавляет рационально-когнитивный метод ко многим другим проверенным временем мето­дам психотерапевтической работы.

Когнитивные терапевтические подходы необычайно эф­фективны для снижения страданий и поэтому они являются исключительно гуманистическими. Естественно, что все виды психотерапии разработаны таким образом, чтобы снижать излишние эмоциональные и физические страдания. Но многие из самых популярных методов - особенно классический психоанализ — занимают минимум 2 года и максимум 5 или более лет, прежде чем клиенту помогут заметно снизить душевную боль. Рационально-эмоциональная терапия, поскольку она де­лает акцент на активно-директивной, концентрированной, мно­гоплановой борьбе с основными проблемами иррационально­го мышления и поведения человека, часто способна значитель­но помочь ему в течение нескольких дней или недель. Более того, как демонстрировали клинические и научные исследова­ния, РЭТ и другие формы когнитивной терапии часто позволя­ют достигать лучших результатов, чем виды терапии, не исполь­зующие когнитивные подходы.

8. Когнитивные виды терапии изначально ориентированы на принятие способности человека совершать ошибки и мак­симальное понимание его слабостей. Многие виды психотера­пии сознательно или неосознанно стимулируют человека к оце­ниванию или осуждению себя или других. Так, психоанализ учит человека, что его родители виноваты в его эмоциональных про­блемах, и намекает на то, что они являются достойными порица­ния. Экспериентальная, катарсическая и терапия встреч часто показывают человеку, что он прав в своей ненависти к другим и что ему лучше открыто сорвать свое раздражение на них. Эти под­ходы также заставляют человека во многих случаях чувствовать глубокую обиду из-за отвержения другими людьми и, таким об­разом, осуждать себя. Ориентированная на религию и терапия конфессионального типа вынуждают человека признавать свои грехи, чувствовать вину по этому поводу, искупать их различны­ми способами и даже развивать философию самобичевания гре­хами и их искуплением. РЭТ - один из немногих видов терапии, который специально выступает против всех типов обвинения, включая негативную оценку человеком себя, других или Вселен­ной. Этот вид терапии учит испытывающего стыд, настроенного враждебно или испытываю-щего к себе жалость человека никого ни в чем не обвинять и не осуждать, принимать себя или других, независимо от своих и чужих недостатков, а также тому, что хны­кать и обижаться на весь мир, даже если он груб и несправедлив, - пустая трата времени и энергии. Другими словами, РЭТ демонстрирует человеку, у которого есть проблемы, то, как он может отказаться от ненависти к себе, к совершающим ошибки людям или к миру в целом; как он может научиться принимать людей такими, какие они есть (вместо принятия их как сверхлюдей или недолюдей), и отказаться от поклонения и очернения себя и ок­ружающих. В своем полном принятии человека всегда разного, но подверженного ошибкам и небезупречного, рационально-эмоциональная терапия является вполне гуманистической и че­ловечной.

Является ли РЭТ на самом деле революционным подходом психологического лечения и предупреждения эмоциональных нарушений? В некотором отношении, конечно, нет, потому что многие ее положения заимствованы из учений стоицизма, ло­гического эмпиризма, экзистенциализма и гуманизма, которые существовали в течение многих лет и больше не считаются на­столько революционными. Но в некоторых случаях примене­ния этих ценностей и представлений в области психотерапии рационально-эмоциональная психология действительно явля­ется новационной и радикальной.

В рамках РЭТ разработана исключительно понятная тео­рия личностных расстройств, или человеческой требователь­ности. Эта теория утверждает, что люди не расстраиваются, а расстраивают себя, утверждая, что они должны быть любимы и талантливы особым образом, другие люди должны быть не­обыкновенно справедливыми и одобряющими, что мир должен быть исключительно прост и щедр. Терапевт в рамках рационально-эмоционального подхода, не зная предыстории человека, может довольно быстро направить его внимание на основные проблемы, показать ему, как он сам создает их, и продемонстрировать, как он может безотлагательно начать избав­
ляться от них.

РЭТ — один из немногих методов личностных изменений, который обеспечивает человека, имеющего серьезные эмоциональные проблемы, самыми тонкими, глубокими и дающими стойкий результат методами решения этих проблем. При рабо­те методами РЭТ человека обучают тому, как не ругать себя за совершение любой ошибки, как принимать себя как существу-ющее создание во всех ситуациях и как оценивать и измерять только свои черты и предпочтения и ни в коем случае не свою личность в целом. РЭТ является одним из видов психотерапии, который действительно решает проблему эго — демонстрирует человеку, как прекратить оценивать или презирать себя за что-либо и таким образом не затрагивать чувство собственной зна­чимости или «эго».

9. РЭТ является одной из немногих систем психотерапии, которая не связывает поведение человека со сверхъестествен­ной причиной, с богами или дьяволом, или чем-нибудь в этом роде. Многие другие системы обожествляют чувство, пережи­тый опыт, интерес к себе, социальный интерес, самораскры­тие, взаимоотношения, доверие, разум, иррациональность и все что угодно. Рационально-эмоциональная терапия ничего не обожествляет, не придерживается никаких абсолютных ис­тин и принимает понятие вероятности, неопределенности, подверженности ошибкам и даже дезорганизованности. Она учит людей желать и отдавать предпочтение многим целям, но ничего не требовать, не нуждаться ни в чем, ничего не дикто­вать. В этом смысле, и достаточно революционно, она помо­гает людям освободиться от ими же созданного тревожного, депрессивного и враждебного состояния или излишней тре­бовательности. Причем не просто от нежелательных симпто­матических последствий этой требовательности, а сути самой требовательности.

Человек является человеком, и он никогда не будет, по всей вероятности, никем другим. Когда он полностью примет эту ре­альность вместе с утверждением, что во Вселенной не существу­ет никакой сверхъестественной «силы», которая выносит ему осуждение или когда-нибудь будет его выносить, тогда человек станет на самом деле гуманистичным. Рационально-эмоциональ­ная психология является одним из основных современных мето­дов, который помогает человеку в достижении этой цели.

Тип материала: 

Счетчик

Строим под ключ рубленные дома с мансардой.